Информация к новости
  • Дата: 18-01-2018, 19:25
18-01-2018, 19:25

Асимметричные военно-политические союзы и блоки. Региональное измерение

Категория: Новости » Асимметричные военно-политические союзы и блоки. Региональное измерение



Асимметричные военно-политические союзы и блоки. Региональное измерение

На днях в американском Норфолке открылся совет «NATO and regional military alliances 2018», организаторами которого выступают Консультативный комитет по оборонной политике, Командование Сил Специальных операций США и Совет по консультациям, командованию и управлению Организации Североатлантического договора. Основная повестка мероприятия посвящена векторам развития НАТО c учетом опыта текущих конфликтов в условиях растущей динамики конфликтогенных ситуаций в зонах ответственности альянса. Результатом работы площадки станет выработка концептуально-аналитической базы Совета по консультациям, командованию и управлению НАТО.
Центральным событием стала презентация специальным представителем Ближневосточного отдела Главного управления военных оценок и анализа Министерства обороны США Дэниэлом Берчем программы «США-НАТО: Глобальные вызовы и перспективы».
Документ определил статус-кво военно-политического блока как во внешней политике США, так и в «глобальном проектировании» (global design of world military alliances), т.е. в военно-политическом и геополитическом анализе, а примененная методологическая база и основные положение были приняты в качестве теоретической основы бедующего развития Североатлантического альянса. Де-факто программные положения закрепили переход отношений США-НАТО и союзников альянса на качественно новый уровень в рамках недавно принятой новой редакции американской Стратегии Национальной Безопасности.
«Современный мир мультимодален и чрезвычайно опасен, охвачен широким спектром угроз. Государства-оппоненты подрывают наши интересы. На Ближнем Востоке и Азии террористы, подконтрольные переходным не стабильным режимам, занимают значительные территории. В этих условиях наша главная задача – защита суверенных прав наших граждан и национальных интересов. Но не менее важным для нас остается безопасность наших постоянных партнеров. Современные войны, как и мир, благодаря прогрессу ушли значительно вперед. Их нельзя вести теми же методами как 25 или 10 лет назад. Конфликт асимметричен, а угрозы все более гибридные. Сегодня существует потребность в качественно новой военно-политической базе, способной защитить нашу коллективную безопасность и демократические основы. Любой потенциальный конфликт – это наш конфликт, поскольку он так или иначе несет угрозу нашим интересам» - говорится в преамбуле программы «США-НАТО: Глобальные вызовы и перспективы».
По мнению авторов документа главной проблемой для дальнейшего обеспечения глобального доминирования (через факторные системы) и одновременно для безопасности является политика-правовой статус блока, а именно статьи, ограничивающие операции вне географических зон ответственности альянса. Что при современном уровне развития транспортных, телекоммуникационных сетей и наличии «альтернативных ресурсных баз» (образовавшихся при появлении глобальных альтернатив или в следствии утери контроля над районами постоянной нестабильности) и разрастании конфликтных зон приводит к снижению оперативной гибкости задействованных сил и средств.
Эта же проблема, усиленная потребностью в существовании сложной логистики как тактического, так и стратегического звена, не позволяет оперативно наладить необходимое взаимодействие сил стран-учениц НАТО со Стратегическим командованием Вооружённых сил США (стран-участниц STRATCOM) на региональном уровне, за исключением Сил быстрого реагирования альянса. Как результат, существенное снижение оперативно-тактической свободы. По словам Дэниэла Берча данные выводы были получены в результате качественного анализа ряда характеристик проводимых совместных операций на территории Ливии, Ирака и Сирии.
Кроме того, несогласованное применение военных, специальных, торгово-экономических и политических методов воздействия отдельных государств-членов НАТО в рамках общих целей коллективной безопасности приводит к разбалансировке отношений внутри самого альянса и к снижению доверия со стороны региональных союзников.
В частности, в качестве примера приводится конфликт за сферы влияния Франции и Италии на Ливийско-Суданской границе, где обе страны борются за контроль над суданским племенным ополчением, которое является буфером для миграционных потоков проходящих из Сахары. При этом обе стороны стремятся занять отдаленные месторождения Юго-Востока Ливии. Как итог данные процессы создают дипломатические барьеры для расширения взаимодействия США с режимом Халифа Хафтара, который контролирует ливийский восток и основные месторождения.
Аналогичный блок примеров связан с территориями Сирии и Ирака, где появились разногласия между США, Германий, Францией и Великобританией вокруг снабжения и подготовки Курдского ополчения, подконтрольного Курдским Национальным Советам, и Сирийских Демократических Сил. Как следствие, снижение влияние США на подконтрольные группировки, что потребовало дополнительных ресурсных затрат как со стороны Пентагона, так и со стороны Североатлантического альянса.
В связи с этим, по мнению аналитиков МО и специальных ведомств США, учитывая приобретённую фактическую разбалансировку внутри Организации Североатлантического договора, наиболее перспективным в современных геополитических условиях направлением является построение факторных систем международных коалиционных моделей. «Это позволит обеспечить наиболее приемлемый уровень согласования интересов стран-членов альянса и сохранить партнерские отношения с нашими региональными союзниками. При этом применение перспективных технологий позволит повысить легитимность альянса в лице мирового сообщества без ущерба военно-политической составляющей» - заявил Дэниэл Берч.
Исходя из этого, основное военно-политическое взаимодействие переходит с институционального на внеинституциональный уровень относительно Североатлантического альянса. Т.е. НАТО перестает выполнять роль внешней структуры управления и передает эту функцию в рамках геополитического моделирования различным координационным центрам и территориальным штабам STRATCOM, взаимодействуя с которыми на определенных ТВД в качестве основного актора, будет выступать «коалиция государств» и их территориальные структуры. Сам альянс выполняет роль «обеспечения территориальной неприкосновенности» стран-участниц. Т.е. используется в качестве базовой структуры для модернизации материально-технической и технологической баз, единого научного пространства, решает вопросы коллективной обороны и бюджетирования, а также выполняет политические функции по выработке коллегиальной позиции относительно существующих кризисных систем.
Применение данного подхода снимает вопросы о реформировании структуры НАТО, т.к. упраздняется военно-политическая субъектность вне зон отвественности блока. При этом жесткая вертикальная структура принятия и согласования решений сменяется более гибкой территориальной структурой. Подобное построение блоковой модели одновременно позволяет оптимизировать ресурсы, совместить управление как силами и средствами США, так стран-членов НАТО и их региональных партнёров на конкретном ТВД. Как следствие – повышение оперативной гибкости и ситуативной устойчивости всего образования.
Сама программа «США-НАТО: Глобальные вызовы и перспективы» опирается на комплексный факторный анализ потенциальных кризисных систем через закрытый «Индекс текущей и прогнозируемой динамики военно-политических конфликтов. С учетом трансграничных угроз». По словам Дэниэла Берча методологическая основа ранжирования «кризисных зон» схожа с BERI, однако полный набор переменных, как и способы их классификации, так и не были представлены.
В результате применения вышеуказанной методики страны, входящие в субрегиональную зону Большого Ближнего Востока, были разделены на 4 кластера:
1. Нестабильные зоны или стремящиеся к нестабильности – потребность во внешнем демократическом контроле: Алжир/Марокко, Ливия/Судан, Египет/Судан, Ирак/Турция, Сирия/Турция, Ирак/Сирия, Саудовская Аравия/Йемен;
2. Стабильные зоны с общим ростом внутренних угроз – системы с развитым демократическими связями: Израиль, Турция, Иордания, Саудовская Аравия;
3. Зоны, приобретающие стабильность или относительно стабильные – развитие демократических связей: Армения/Азербайджан, Афганистан/ «Ферганская зона»;
4. Контрагенты, стремящиеся к хаотизации: Иран, Пакистан.
Также в пояснительной записке к исследованию экспертами Института сухопутного командования США закреплена дополнительная категория источников угроз для стран-членов НАТО и их союзников – это «Региональные асимметричные военно-политические союзы», системным ядром которых выступают «Контрагенты» - Российская Федерация и Китай. В частности, речь идет о ОДКБ и оформляющейся политики по безопасности в рамках ШОС, а также о союзе Ирана, Пакистана и Китая. По мнению аналитиков и авторов документа данные организации не лишены противоречий и находятся на стадии своего оформления, однако именно они являются источниками «альтернативных ресурсных баз», о которых оговорилось выше.
Здесь в ходе оценки угроз наиболее эффективным методом ограничения влияние подобных субъектов является «технология замещения». Т.е. допущение альтернативных им сил в зоны геостратегических интересов стран НАТО. В качестве примера приводится успешная координация США и Индии, являющийся геополитическим оппонентом Китая в так называемой «Афганской зоне».
Переходя к выводам следует, во-первых, отметить, что программа «США-НАТО: Глобальные вызовы и перспективы» была принята в качестве теоретико-методологической основы для аналитического сопровождения Совета по консультациям, командованию и управлению НАТО, а значит описанные в ней методики будут использованы для фактической деятельности США и их союзников на указанных территориях.
Во-вторых, приведенная географическая классификация в рамках «Индекса текущей и прогнозируемой динамики военно-политических конфликтов. С учетом трансграничных угроз», даже с учетом не раскрытой методологии, де-факто обозначила страны, которые в ближайшее время подвергнутся комплексному воздействию со стороны стран-членов Организации Североатлантического договора и их союзников, что в свою очередь станет частью системного влияния на «контрагентов» - РФ, КНР, Иран и Пакистан.
В-третьих, противостоять подобному комплексному воздействию странам-контрагентам возможно через построение комплексных систем многоуровневых союзов и укрепляя интеграцию в рамках приведенных асимметричных блоковых моделей, что повысит факторную устойчивость этих стран.
Автор: Максим Александров



Смотрите также: 




Метки к статье: на для США по так

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.

Облако тегов

"Аль-Каиды" не аль-Джулани ан-Нусра" "Джебхат, frontinfo, В мире, ГЭС, Общество, Политика, Рубежи Русской планеты, Сирия, армия, аэропорта что Триполи рейсы после, газ, для, для на их января должен, за, из-за Bros запретило Warner фильм, которые подозрении Российской что Федерации, марс, на J-20 что по для, на МВФ Томсен. реформ. мы, на США по для что, на Саид Шейх Карм Бустан, на еще мине районе Мали, на по Украине за данным, на что Лукашенко для Белоруссии, на что из по их, на что по для как, над был пр. на сбит, не что Верховной Донбассе Украины, не что это для Трамп, нефтегаз, нефть, по до ИГ Кишма южнее, поставки эмбарго что иранского ООН, природа, связи соболезнования выразил России Ан-148., террористической "Аш-Шабаб" августа по на, тэк, что батальона Павла завидую Шеремета, что застрелился мужчина. парке пенсионер, что не от украинцы Украины

Показать все теги

Архив новостей

^